Обсуждение:Дом
Encyclopaedia of the Qurʾān
| Дом, внутренний и божественный - структура для занятия человеком; также здание, посвященное Богу. Дом (байт, дар, сакан, гурфа, ма'ва, матва, маскан) является ключевым символом в исламе. Его семантическое поле простирается от обычных жилых и семейных групп (см. Родство, семья), дворцов, мечетей и святынь, регионов мира и царств в будущем (см. Эсхатологию). Основываясь на наследии символа дома, развитого в древних ближневосточных цивилизациях и Библии, Коран основал основную лексику для мусульманского внутреннего пространства и ее значения, и он служил инструментом первого порядка для преобразования обычных человеческих жилищ в священные места ( см. святость и священные, священные участки).
¶ Внутреннее пространство в Коране Четыре основных арабских слова используются для обозначения внутреннего пространства в Коране: байт (pl. Buyūt), dār (pl. Diyār), сакан и ghurfa. Есть три дополнительных термина, вытекающих из других вербальных корней: ma'wā, «убежище, прибежище» (от awā), mathwā, «жилище» (от тавы) и маскина, «жилище» (от сакана). Вместе эти термины встречаются в Коране 164 раза, главным образом в мединских сурах, но они также встречаются примерно в одной трети мекканских сур (см. Хронологию и qur'ān). Кроме того, есть несколько ссылок на дворцы (ṣarḥ и qaṣr, pl. Quṣūr). Другие термины, которые обозначают идею жилища, являются формами глагола bawwa'a, «для размещения помещений» и mustaqarr, «местом отдыха» или «жилищем» (Manzil, что может означать «дом» на арабском языке, не встречается в Коране , хотя его множественное число [manāzil] встречается дважды, чтобы описать фазы Луны [qv].) Байт используется в пятнадцати случаях, чтобы обозначить дом Бога, который по-разному описывается как «первый дом», «древний дом», «священный дом», «запретный дом», «часто посещаемый дом» и «мой (Божий) дом ». Однако однажды он явно идентифицируется с Каабой (qv; q 5:97) и дважды с« священной мечетью »(q 5: 2; 8: 34-5). Действительно, в Коране чаще используется термин байт, чтобы обозначить святое место, чем имя Ка'ба или термин, обычно переводимый как «мечеть» (q.v .; masjid). В нескольких важных случаях он связывает Божий дом с фигурой Авраама (q.v .; Ibrāhīm). Это «первый дом, созданный для народа», содержащий место Авраама (макам, д. 3: 96-7). Это место, которое было очищено и предназначено для ритуальных целей, особенно обрядов паломничества (qv; ḥajj), Авраамом и его сыном (см. Ishmael; isaac), который ходатайствовал перед Богом сделать их своими подчиненными ¶ (мусульманами) и сделать их потомство в подчиняющееся сообщество (umma muslima, см. q 2: 125-8). Эта история о происхождении святыни и ее обрядах, вероятно, сначала служила претензией Мухаммада и его последователей в район Шарам в Мекке после эмиграции (q.v., hijra) в 622 г. c.e. - иск, оспариваемый их противниками Меккан (см. Оппозицию мумаммаду). Существование этой оппозиции выражено в самом Коране, который в своей полемике обещает место в аду (qv) для неверующих (см. Веру и неверие) и тех, кто отменит благочестивых из священной мечеть (см. Q 8:34 -6). Существование обычных человеческих жилищ и даже их обстановка (см. Мебель и обстановка) объясняется творческими действиями Бога: «Бог сделал для вас жилище (сакан) из ваших домов (buyūt). Он сделал для вас дома из шкурок животных (см. Шкуры и флис, животная жизнь), поэтому вы найдете их светлыми, когда вы путешествуете и когда вы станете лагерем. [Он сделал] мебель и удобства [для вас] из шерсти, меха и волос на время ... Таким образом, он приносит свою милость (qv) вам до завершения, чтобы вы покорились »(tuslimūn, q 16: 80- 3). С другой стороны, в Коране говорится, что Бог воздерживался от создания для людей роскошных домов с серебряными крышами (suquf, sing saqf), лестниц (ma'ārij), дверей (abwāb), кроватей (сурур) и золотых (qv) украшений (zukhruf , см. ), чтобы каждый не стал слишком мирским и не верил в Бога (см. 43: 33-5, см. ). Куранская концепция создания человеческого внутреннего пространства согласуется с более широким набором дискурсов о священных историях предков и судьбы их домов (см. Географию, судьбу). В этих повествованиях (q.v.) наличие домов и богатства (q.v.) не всегда является признаком благословения и не имеет в них знака божественного гения. Суть дела заключается в убеждении людей и их моральном уровне (см. Этику и qur'ān). Народы «Ада» (q.v.), Тамуд (q.v.), Шеба (q.v.) и Мадиам (q.v.)) имели дома и процветали, пока не отвергли Бога и его посланников или не совершили зло (см. Посланника, добро и зло). Следовательно, каждый из них был разрушен, а их дома оставлены или разрушены (например, q 7: 74-9; 27: 45-52; 46: 21-5; 34: 15-6; 7: 85-92; ). В одном случае Бог приносит крышу дома (saqf) вниз на головы заговорщиков (п. 16:26). В таких сообщениях Коран предполагает, что подобная судьба ожидает неверующих в свое время Мухаммеда, что стало реальностью для неверующих людей Книги (qv), упомянутых в п. 59: 2-4, которые большинство комментаторов идентифицируют с Бану Навиром ( qv), еврейский клан, выдворенный из Медины (qv) в 4/626 (см. еврей и иудаизм, экспедиции и битвы). Верующие, с другой стороны, наслаждаются божественными благословениями дома, как указано в п. 16: 80-3. Однако могут возникнуть ситуации, когда они должны быть готовы отказаться от своих домов и имущества и эмигрировать. Эмиграция также имеет свои награды, как указано в п. 4: 100: «Тот, кто эмигрирует по пути Бога (см. Путь или путь), найдет много дорог и открытых возможностей на земле. Тот, кто покидает свой дом (байт), эмигрирует к Богу и его посланнику, а затем смерть настигает его, его награда возлагается на Бога ». В Коране есть несколько правил, которые касаются домов Бога, обычных верующих и Пророка (см. Жены пророка). Эти правила обычно вызывают различия между верой и неверием и понятиями чистоты и нечистоты (q.v.), но они не представляют собой ни подробный архитектурный код, ни раввинскую систему ритуальных предписаний. Правила, касающиеся ритуальных действий, проводимых в святом доме Бога (q 2: 125-7, 196-203, 5: 2, 22:26, см. Ритуал и qur'ān), также включают в себя рецепт для самого паломничества: «Бог требует от людей исполнения ḥajj в дом, если они в состоянии это сделать. Если кто-то не верит, Бог может обойтись без его творения »(п. 3:97). Правила, касающиеся мусульманских домов в целом, относятся к повседневной общественной жизни как к религиозным практикам; идеи о Боге, правильные и неправильные, чистота и благословение связаны с заявлениями о посещении, еде и приветствии (см. q 24: 27-9, 61, см. гостеприимство и вежливость, социальные взаимодействия). Например, верующие должны получить разрешение на вход в дом и приветствие его жителей, или они должны уйти, если так сказали. Для них это более чистота (азка). Однако им предлагается войти в незанятые жилища (q 24: 27-9). Эти предписания для посещения происходят вместе с заявлениями о прелюбодеянии (см. Прелюбодеяние и блуд), охватывая тело (см. Скромность) и брак (см. Брак и развод), что предполагает, что Муψаммад и его последователи признали связь между домом, телом и сексуальные отношения (см. секс и сексуальность) - все были замазаны ритуальными табу, в отличие от священного дома Бога (см. также q 4:22). В случаях развода в Коране говорится, что женщина останется в своем доме или там, где ее муж проживает в течение установленного срока, чтобы убедиться, что она с ребенком, если она не виновата в прелюбодеянии. В течение этого времени она не должна быть выселена и не покинет дом. Говорят, что это «пределы Бога» (ḥudūd Allāh, см. Границы и заповеди). Те, кто преступают их, поступают неправильно против себя (д. 65: 1, 6), что подразумевает неудачную судьбу в будущей жизни. ¶ Примерно одна треть домашних условий в Коране используется для описания обителей благословенных и проклятых в будущем. Рай (qv) называется «дом» (адар), а также «дом проживания» (dār al-muqām), «дом постоянного» (dār al-qarār), «дом богобоязненного» ( dār al-muttaqīn), «последний дом» (аль-аль-ахира) и «дом мира» (dār al-salām). Этот рай задуман как настоящий дом для благословенного, передается в таких отрывках, как в п. 13: 20-4, где описываются семьи, живущие в райских садах (см. Сад), которые посещают ангелы (см. Ангел), которые приходят через их двери и благословить их. Отдельные жилища в раю называются такими терминами, как «приют» (ма'ва), «возвышенная квартира» (гурфа), «жилище» (маскан) и просто «дом» (байт). С другой стороны, неверные люди отправляются в ад (qv), который также называется «злым домом» (су-аль-дар), «домом гибели» (dār al-bawār) и «домом вечности» (dār al-khuld). Чаще (в двадцати девяти случаях) Коран использует термины «убежище» (ма'ва) и «жилище» (mathwā) для своей обители. Это видно в стихах, таких как q 3: 151: «Мы будем бросать ужас в сердца (видеть сердце) тех, кто отрицал Бога, связывая с ним партнеров .... Их приют (ма'ва) - это огонь (q.v.). Как плохо обитает (mathwā) заблудших! » Наконец, Коран сохраняет следы древних ближневосточных космологий, в которых созданный мир был задуман как большой дворец (см. Космологию). Говорят, что небесный потолок (самк или сакф) поднят Богом, удерживаемый невидимыми столбами, под которым простирается земной ковер (биса), на котором бродят его творения (см. Q 13: 2, 21:32; 71: 19; 79:28; видеть небо и небо). Однако эти понятия не являются мифическим повествованием, как в древнегипетских и месопотамских текстах. ¶ Ḥadīth литература (см. Ḥadīth и qur'ān) продолжала основываться на многих внутренних дискурсах, которые были изложены в Коране. Он использовал те же арабские термины и добавил к ним manzil. Джадит подробно остановился на идее человеческого жилища как священного анклава, предоставил более подробную информацию о том, как совершить паломничество в дом Бога в Мекке и предоставил больше сведений о жилищах благословенных в раю. Сама могила была описана в одной традиции как дом (байат) изгнания, одиночества и личинок (Тирмидхи, Шаши, 26), но практика курани с использованием внутренних терминов в описании ада была прекращена. Коран в бытовом пространстве Коран имеет центральное значение как инструмент, используемый мусульманами для освящения их домов (см. ). Ḥadīths говорят о преимуществах, которые приносят жилью и его обитателям, когда перечислены конкретные стихи, главы или даже весь текст. Аль-Тирмидхи (д. 279/892) касается хадитов, в которых говорится, что сатана (дьявол) и другие злонамеренные существа не будут приближаться к домам, где Сурат аль-Бакара (q 2 «Корова») и Тронный стих (q 2: 255) (Тирмидхи, Ṣaḥīḥ, Thawāb al-Qur'ān, 3). Аль-Суюси (д. 911/1505) приводит ḥadīth из Anas b. Малик (d. 91-3 / 710-2), который утверждает, что «благоденствие возрастает в доме, где Коран читается и уменьшается там, где его нет» (Иткан, II, 193). Сообщается, что жена Пророка, «Эйша», сказала, что дома, где это произносится, кажутся людям небесным, как звезды, для людей земли (Suyūṭī, Itqān, i, 137). В культурной практике отрывки из Корана читаются во время ритуалов основания дома или когда занято новое жилище. Домовладельцы могут договориться о полном изложении Корана (q.v .; khatma), который проводится в доме, когда кто-то умирает или в других необычных случаях. В наше время семьи переключаются по радио на станцию Корана или играют кассету с записью qur'ānic, чтобы сделать этот день подходящим или успокоить душу больного члена семьи. Использование надписей qur'ānic в домах мусульман стало, возможно, столь же вездесущим, как когда-либо в мечетях (см. Эпиграфию). Дома и дворцы средневекового и Османского Каира, которые до недавнего времени были самыми сохранившимися в мусульманском мире, содержат полосы надписей и поэзии Корана в зонах приема и больших залах. Тронный стих был наиболее широко распространен, как и Сурат аль-Ихлай (q 112, «Искренность») и басмала (q.v.). Сегодня даже в общих домах нет ничего необычного в том, чтобы найти басмалу или увещевание «Войдите в безопасное место, в мир!» (Q 15:46), написанное над порогами. Последняя фраза подтверждает символические отношения между домом и раем, идея, которая использовалась в более ранней исламской монументальной архитектуре. Стены гостиной, где гости принимаются, часто украшаются отдельными стихами или оформлены в виде плаката всего текста Корана в миниатюре. Сегодня широко распространенная практика среди мусульман заключается в том, чтобы разместить аккуратную копию напечатанного Корана на стенде или в бархатной коробке для показа в гостевой комнате или гостиной. Наиболее развитое использование письменного Корана в освящении мусульманского внутреннего пространства появилось в Египте и прилегающих районах, где красочные фрески (см. Иконоборчество), состоящие из комплексов эпиграфов, изображений Каабы в Мекке и мечети Пророка в Медине, фигуры людей и животных, лодки, поезда и самолеты окрашены в дома мусульман, совершивших ḥajj. Эта практика засвидетельствована как ¶ в начале шестнадцатого века. Фрагмент эпиграфов обычно включает в себя стихи, касающиеся самого ḥajj (q 3: 96-7, 22:27), но они также могут быть запасами qur'ānic фразы о Боге и пророке Мухаммаде, которые вошли в популярную речь, такую как басмала, хвала Богу ( q 1: 2) и его Пророк (п. 33:56) и заявления, призывающие к божественному благословению и защите (например, q 2: 172, 3: 160, 11:56, 88; 27:40, 48: 1, 49:13) , Таким образом, Коран участвует в преобразовании дома египетского паломника в священное место и помогает сформулировать свой индивидуальный опыт с точки зрения мощных исламских убеждений и символов. |
House, Domestic and Divine — Structure for human occupation; also an edifice dedicated to God. The house (bayt, dār, sakan, ghurfa, maʾwā, mathwā, maskin) is a key symbol in Islam. Its semantic field extends from ordinary dwellings and kin groups (see kinship; family), to palaces, mosques and shrines, regions of the world and realms in the hereafter (see eschatology). Drawing upon the heritage of house symbolism developed in the ancient Near Eastern civilizations and the Bible, the Qurʾān established the basic lexicon for Muslim domestic space and its meanings and it has served as a first-order instrument for transforming ordinary human dwellings into sacred places (see sanctity and the sacred; sacred precincts).
¶ Domestic space in the Qurʾān Four primary Arabic words are used to designate domestic space in the Qurʾān: bayt (pl. buyūt), dār (pl. diyār), sakan and ghurfa. There are three additional terms derived from other verbal roots: maʾwā, "shelter, refuge, " (from awā), mathwā, «dwelling» (from thawā), and maskin, «dwelling» (from sakana). Together, these terms occur in the Qurʾān 164 times, mainly in the Medinan sūras, but they also occur in about one-third of the Meccan sūras (see chronology and the qurʾān). In addition, there are a few references to palaces (ṣarḥ and qaṣr, pl. quṣūr). Other terms that connote the idea of dwelling are forms of the verb bawwaʾa, «to provide accommodations» and mustaqarr, «resting place» or «dwelling.» (Manzil, which can mean «house» in Arabic, does not occur in the Qurʾān, though its plural [manāzil] occurs twice to describe phases of the moon [q.v.].) Bayt is used in fifteen instances to denote the house of God, which is described variously as "the first house, " "the ancient house, " "the sacred house, " the "forbidden house, " «the frequented house» and «my (God’s) house.» Only once, however, is it identified explicitly with the Kaʿba (q.v.; q 5:97) and twice with the «sacred mosque» (q 5:2; 8:34-5). Indeed, the Qurʾān uses the term bayt more frequently to designate a holy place than either the name Kaʿba or the term commonly translated as «mosque» (q.v.; masjid). In several important instances, it links God’s house with the figure of Abraham (q.v.; Ibrāhīm). It is "the first house created for the people, " containing Abraham’s place (maqām, q 3:96-7). It is a place that was purified and dedicated for ritual purposes, particularly pilgrimage (q.v.; ḥajj) rites, by Abraham and his son (see ishmael; isaac), who petitioned God to make them his submitters ¶ (muslimīn) and to make their progeny into a submitting community (umma muslima, see q 2:125-8). This story about the origin of the shrine and its rites probably first served as a claim by Muḥammad and his followers to the ḥaram area in Mecca after the emigration (q.v., hijra) in 622 c.e. — a claim contested by their Meccan opponents (see opposition to muḥammad). The existence of this opposition is expressed in the Qurʾān itself, which in its polemics promises a place in hell (q.v.) for disbelievers (see belief and unbelief) and those who would debar the pious from the sacred mosque area (see q 8:34-6). The existence of ordinary human dwellings and even their furnishings (see furniture and furnishings) is attributed to God’s creative actions: «God made a dwelling place (sakan) for you from among your homes (buyūt). He made homes for you from animal skins (see hides and fleece; animal life), so you will find them light when you travel and when you camp. [He made] furnishings and conveniences [for you] out of their wool, fur, and hair for a time… Thus does he bring his grace (q.v.) upon you to completion so that you submit» (tuslimūn, q 16:80-3). On the other hand, the Qurʾān states that God abstained from creating for people luxurious houses with silver roofs (suquf, sing. saqf), stairways (maʿārij), doors (abwāb), beds (surur) and gold (q.v.) ornaments (zukhruf, see ornamentation and illumination), lest everyone become too worldly and disbelieve in God (q 43:33-5; see material culture and the qurʾān). The qurʾānic conception of the creation of human domestic space is congruent with a wider set of discourses about the sacred histories of the ancestors and the fates of their houses (see geography; fate). In these narratives (q.v.), having houses and wealth (q.v.) is not always a sign ¶ of blessing nor is lacking them a sign of divine ire. The crux of the matter rests on people’s belief and their moral comportment (see ethics and the qurʾān). The peoples of ʿĀd (q.v.), Thamūd (q.v.), Sheba (q.v.) and Midian (q.v.) all had houses and prospered until they rejected God and his messengers or committed evil (see messenger; good and evil). Consequently, they were each destroyed and their houses abandoned or ruined (for example, q 7:74-9; 27:45-52; 46:21-5; 34:15-6; 7:85-92; see punishment stories). In one instance God brings the house roof (saqf) down upon the heads of plotters (q 16:26). In such accounts the Qurʾān implies that a similar fate awaits unbelievers in Muḥammad’s own time, a threat that became a reality for unbelieving People of the Book (q.v.) mentioned in q 59:2-4, whom most commentators identify with the Banū Naḍīr (q.v.), a Jewish clan forced out of Medina (q.v.) in 4/626 (see jews and judaism; expeditions and battles). Believers, on the other hand, enjoy divine blessings at home, as indicated in q 16:80-3. Situations may arise, however, when they should be prepared to give up their homes and possessions and emigrate. Emigration, too, has its rewards as stated in q 4:100: «Whoever emigrates in God’s way (see path or way) will find many a road and open opportunity in the land. Whoever leaves his house (bayt), emigrating to God and his messenger, and then death overtakes him, his reward is incumbent upon God.» There are several rules in the Qurʾān that are concerned with the houses of God, ordinary believers and the Prophet (see wives of the prophet). Occurring only in Medinan sūras, these rules commonly invoke distinctions between belief and disbelief and concepts of purity and impurity (q.v.), but they constitute neither a ¶ detailed architectural code nor a rabbinic system of ritual prescriptions. Rules pertaining to ritual actions conducted at God’s sacred house (q 2:125-7, 196—203; 5:2; 22:26; see ritual and the qurʾān) also include a prescription for pilgrimage itself: «God requires people to perform a ḥajj to the house if they are able to do so. If anyone disbelieves, God can do without his creations» (q 3:97). Rules pertaining to Muslim homes in general treat matters of everyday social life as religious practices; ideas about God, right and wrong, purity, and blessing are conjoined to statements concerning visitation, eating and salutations (see q 24:27-9, 61; see hospitality and courtesy; social interactions). Believers, for example, should obtain permission to enter a house and greet its inhabitants or they should leave if so told. This is of greater purity (azkā) for them. They are encouraged, however, to enter unoccupied dwellings (q 24:27-9). These prescriptions for visitation occur together with statements about adultery (see adultery and fornication), covering the body (see modesty) and marriage (see marriage and divorce), which suggests that Muḥammad and his followers recognized a linkage between the house, the body and sexual relations (see sex and sexuality) — all were immured by ritual taboos, not unlike God’s sacred house (see also q 4:22). In divorce cases, the Qurʾān states that the woman shall remain in her house or where her husband resides for a prescribed period to see whether she is with child unless she is guilty of adultery. She shall neither be evicted nor leave the house during this time. These are said to be «God’s limits» (ḥudūd Allāh, see boundaries and precepts). Those who transgress them do wrong against themselves (q 65:1, 6), implying an unfortunate destiny in the hereafter. ¶ About one-third of the house terms in the Qurʾān are used to describe the abodes of the blessed and the damned in the hereafter. Paradise (q.v.) is called «the house» (al- dār) and also «house of residence» (dār al-muqām), «house of permanence» (dār al-qarār), «house of the god-fearing» (dār al-muttaqīn), «the final house» (al- dār al-ākhira), and «house of peace» (dār al-salām). That paradise is conceived to be an actual home for the blessed is conveyed by passages such as those in q 13:20-4, which describes families living in the paradisaical gardens (see garden) being visited by angels (see angel), who come through their doors and bless them. Individual dwellings in paradise are referred to by terms such as «shelter» (maʾwā), «lofty apartment» (ghurfa), «dwelling» (maskin) and simply «house» (bayt). Wrongdoers, on the other hand, are consigned to hell (q.v.), which is also called «the evil house» (sūʾ al-dār), «the house of perdition» (dār al-bawār) and «the house of eternity» (dār al-khuld). More frequently (in twenty-nine instances), the Qurʾān uses terms for «shelter» (maʾwā) and «dwelling» (mathwā) for their abode. This is evident in verses such as q 3:151: «We shall cast terror into the hearts (see heart) of those who have denied God by associating partners with him…. Their shelter (maʾwā) shall be the fire (q.v.). How bad is the dwelling (mathwā) of the wrongdoers!» Lastly, the Qurʾān preserves traces of ancient Near Eastern cosmologies, wherein the created world was conceived as a large palace (see cosmology). It is said to have a heavenly ceiling (samk or saqf) raised by God, held up by invisible pillars, beneath which stretches an earthly carpet(bisāṭ) upon which his creatures roam (see q 13:2; 21:32; 71:19; 79:28; see heaven and sky). These notions, however, are not elaborated as a mythic narrative as they are in ancient Egyptian and Mesopotamian texts. ¶ Ḥadīth literature (see ḥadīth and the qurʾān) continued to build on the foundation of many of the domestic discourses that had been set forth in the Qurʾān. It used the same Arabic terms and added manzil to them. Ḥadīth elaborated upon the idea of the human dwelling as a sacred enclave, provided more details on how to perform pilgrimage to the house of God in Mecca and furnished more particulars about the dwellings of the blessed in paradise. The grave itself was described in one tradition as a house (bayt) of exile, loneliness and maggots (Tirmidhī, Ṣaḥīḥ, 26) but the qurʾānic practice of using domestic terms in describing hell was discontinued. The Qurʾān in domestic space The Qurʾān is of central importance as an instrument used by Muslims to sanctify their homes (see everyday life). Ḥadīths speak of the benefits that accrue to the dwelling and its inhabitants when particular verses, chapters or even the whole text is recited. Al-Tirmidhī (d. 279/892) relates ḥadīths stating that Satan (see devil) and other malevolent beings will not approach houses where Sūrat al-Baqara (q 2 «The Cow») and the Throne Verse (q 2:255) are recited (Tirmidhī, Ṣaḥīḥ, Thawāb al-Qurʾān, 3). Al-Suyūṭī (d. 911/1505) cites a ḥadīth from Anas b. Mālik (d. 91-3/710-2) that asserts «good fortune increases in the house where the Qurʾān is recited and decreases where it is not» (Itqān, ii, 193). The Prophet’s wife, ʿĀʾisha (see ʿāʾisha bint abī bakr), is reported to have said that houses where it is recited appear to the people of heaven as stars do to the people of earth (Suyūṭī, Itqān, i, 137). In cultural practice, passages from the Qurʾān are recited during house foundation rituals or when a new dwelling is occupied. Householders may arrange to have a complete recitation of the Qurʾān (q.v.; khatma) performed at ¶ home when someone dies or on other unusual occasions. In modern times, families switch on the radio to the Qurʾān station or play a cassette recording of qurʾānic recitation to make the day a propitious one or to sooth the soul of an ailing family member. The use of qurʾānic inscriptions in Muslim homes has become perhaps as ubiquitous as it ever was in mosques (see epigraphy). The houses and palaces of medieval and Ottoman Cairo, which were until recently the best-preserved in the Muslim world, contain bands of Qurʾān inscriptions and poetry in their reception areas and great halls. The Throne Verse was the most widely used as was Sūrat al-Ikhlāṣ (q 112, «Sincerity») and the basmala (q.v.). Today, even in common homes, it is not unusual to find the basmala or the exhortation «Enter it securely, in peace!» (q 15:46) written over thresholds. The latter phrase affirms the symbolic relationship between the home and paradise, an idea that was used in earlier Islamic monumental architecture. Sitting room walls, where guests are received, are often decorated with individual verses or a framed poster of the entire text of the Qurʾān in miniature. A widespread practice among Muslims today is to place a finely rendered copy of the printed Qurʾān on a stand or in a velvet box for display in the guest room or living room. The most highly developed use of the written Qurʾān in the sanctification of Muslim domestic space has emerged in Egypt and adjacent regions, where colorful murals (see iconoclasm) consisting of complexes of epigraphs, depictions of the Kaʿba in Mecca and the Prophet’s mosque in Medina, human and animal figures, boats, trains and airplanes are painted on the houses of Muslims who have performed the ḥajj . This practice is attested as ¶ early as the sixteenth century. Mural epigraphs commonly include verses dealing with the ḥajj itself (q 3:96-7; 22:27) but they can also be stock qurʾānic phrases concerning God and the prophet Muḥammad that have entered popular speech such as the basmala, praise for God (q 1:2) and his Prophet (q 33:56) and statements invoking divine blessing and protection (e.g. q 2:172; 3:160; 11:56, 88; 27:40; 48:1; 49:13). Thus, the Qurʾān participates in the transformation of the Egyptian pilgrim’s house into a sacred place and helps articulate his or her individual experience in terms of powerful Islamic beliefs and symbols. |
Primary:
- Suyūṭī, Itqān, 2 vols., Beirut n.d.
- Tirmidhī, Ṣaḥīḥ, 13 vols., Beirut, n.d.
Secondary:
- J.E. Campo, The other sides of paradise. Explorations into the religious meanings of domestic space in Islam, Columbia, SC 1991
- J.-C. Garcin, and J. Revault (eds.), L’habitat traditionnel dans les pays Musulmans autour de la Méditerranée, 3 vols., Cairo 1988
- ids. et al., Palais et maisons du Caire, 2 vols., Paris 1982
- A.B. McCloud, This is a Muslim home. Signs of difference in the African-American row house, in B.D. Metcalf (ed.), Making Muslim space in North America and Europe, Berkeley 1996, 65-73
- R.B. Qureshi, Transcending space. Recitation and community among South Asian Muslims in Canada, in B.D. Metcalf (ed.), Making Muslim space in North America and Europe, Berkeley 1996, 46-64